Кто есть кто в Казахстане









Рейтинг@Mail.ru

КТО ЕСТЬ КТО В КАЗАХСТАНЕ


Победы и беды "санитара леса"
Вероника Лим, camonitor.com, 15 октября

Благодаря громким делам финансовая полиция приобрела неоднозначную славу и стала популярным объектом для критики. О буднях и подвигах финпола мы поговорили с главным редактором биографического справочника "Кто есть кто в Казахстане" Данияром Ашимбаевым. По мнению собеседника, неплохо справляясь с работой "санитара леса", финпол страдает болезнями, присущими всем силовым ведомствам.

Восхождение

- Данияр, давайте начнем с истории. Как становился на ноги финпол?

- В ранние годы независимости по мере развития рыночных отношений, процесса приватизации стали активно создаваться органы, занимавшиеся борьбой с преступностью во вновь возникающих сферах. Тем более что возникали ситуации, которые не решались существовавшим тогда законодательством. В частности, когда в 1993 году за получение взятки был арестован председатель правления "Туранбанка", адвокатура построила защиту на том факте, что хотя банк и был государственный, но имел статус акционерного общества, а, следовательно, законы о борьбе с коррупцией на него не распространяются.
ОБХСС МВД переформатировали в управление по борьбе с экономической преступностью. КНБ занялся организацией управления экономической безопасности. Бывший КРУ Минфина стал госфинконтролем. В это время в аппарате президента страны родилась идея создания специального органа, который бы непосредственно боролся с налоговыми преступлениями. Разработкой концепции новой структуры занимался Болатбек Булгакбаев. В 1994 году было создано Главное управление налоговой милиции (полиции) при Главной налоговой инспекции Министерства финансов, которое возглавил Булгакбаев. Кадры набирали отовсюду, но к сегодняшнему дню первый кадровый состав уже смыло волной времени.
С нарастанием проблем в экономической сфере, ростом коррупционных преступлений, скандалов на волне приватизации налоговую полицию начали реформировать и усиливать. С одной стороны, была необходимость усиления органа, занимающегося борьбой с экономической преступностью, с другой, – не меньшая необходимость не оставить его рост и деятельность бесконтрольными.
Налоговая инспекция превратилась в Государственный налоговый комитет. В конце 1996-го начальником управления налоговой полиции – заместителем председателя ГНК назначили Берика Имашева. Ходила версия, что он был ставленником "Казкоммерцбанка", в те годы активно входившего во все кабинеты и враставшего во все крупные бизнес-проекты. Выходцами из "Казкома" были укомплектованы практически все экономические министерства. Заместителем Имашева стал Рахат Алиев. Относительно причин появления там последнего существуют две версии. Согласно первой, работая на сахарном рынке, Алиев часто сталкивался с контрабандой и якобы пришел обсудить эту проблему с руководством ГНК, которым тогда руководил Мажит Есенбаев, а вышел уже налоговым полицейским. По другой версии, старший брат Мухтара Джакишева, Ермек, одним из первых пришедший в налоговую полицию, подсказал кандидатуру Алиева, который с детства дружил с Мухтаром. Связка Имашев-Алиев проработала недолго – Имашев вскоре перешел на другую работу. Весной 1997-го на пост руководителя департамента налоговой полиции Минфина пришел Абдукалык Налибаев, опытный юрист, работавший в администрации, прокуратуре (кстати, зять тогдашнего председателя Государственного следственного комитета Жармахана Туякбая). А Алиев возглавил столичное управление налоговой полиции, но уже в ноябре 1997-го стал директором республиканского департамента налоговой полиции. На время руководства Алиева пришелся максимальный рост финпола. Летом 1998-го налоговая полиция получила статус комитета, "съев" по пути департамент по экономической безопасности МВД. Чуть позже был упразднен госфинконтроль, и фактически получилось так, что конкуренты финпола в сфере борьбы с экономической преступностью отпали (тем более что незадолго до того упразднили ГСК). В том же 1998-м было создано Министерство государственных доходов (МГД), в которое вошли налоговый, таможенный комитеты, комитет по контролю над производством и оборотом алкогольной продукции и комитет налоговой полиции. Рахат Алиев, будучи председателем последнего, стал также первым вице-министром МГД.

- Как подходил к кадровому вопросу Алиев?

- Кадры подбирались из числа молодых активных ребят, работавших в бизнесе, и представителей низовой номенклатуры других силовых ведомств, имевших там небольшие перспективы карьерного роста. Понятно, что во многом кадровая политика была построена на принципе личной преданности тем, кто приводил и руководил. Структура активно набирала обороты. Буквально с первого дня своего появления в финполе Алиев любил давать интервью, вернее, у него любили их брать (все-таки зять президента). И буквально с первого его публичного выступления в СМИ возникла тема "казахстанского комиссара Каттани", которая просуществовала до самого его падения.
В 1999 году Алиев ушел начальником ДКНБ по Алматы, а финполом остался руководить его ставленник Сергей Кузьменко – выходец из МВД, очень быстро выросший в финполе. Правда, второй пост, который занимал в МГД Алиев, – первого вице-министра – получил человек из другой команды. После ухода Алиева в финполе остались ребята, составлявшие его команду, или те, чье пребывание там связывали с ним, – например, Ермек Джакишев, Серик Нугманов, Нургали Тузельбаев, Ермек Исмагулов, Самат Гилимов (брат руководителя "Нурбанка"). Финпол рос и укреплялся, развивались региональные структуры, законодательная база под ним постепенно совершенствовалась, даже возникло собственное учебное заведение в статусе академии. К тому времени под контролем Алиева была часть подразделений КНБ, Таможенный комитет, большая медийная империя. Финпол превратился в инструмент создания "черной кассы" в алиевской группе и, помимо всего прочего, имел возможность держать "за жабры" все остальные группы, которые имели финансово-банковские активы, но не имели такого влияния в силовых структурах. В начале 2001 года Комитет налоговой полиции, наконец, вышел из подчинения МГД и стал самостоятельным Агентством финансовой полиции.

- Как уходила команда Алиева? Кто пришел ей на смену?

- В ноябре 2001 года после известных событий Алиева отправили в отставку вместе со всеми его сторонниками. В течение нескольких месяцев в правительстве, силовых структурах была проведена массовая деполитизация, подчищены алиевские и аблязовско-жакияновские люди. В финпол вернулся Булгакбаев – нейтральная и приемлемая для всех фигура. Под его руководством была проведена кадровая зачистка. Никого не арестовали, не осудили, но убрали тех, кто был лично ориентирован на Алиева. В последующие годы финпол работал тихо, спокойно, без шумных скандалов. В январе 2004-го Агентство финансовой полиции было преобразовано в Агентство по борьбе с экономической и коррупционной преступностью, а в марте оно перешло из состава правительства в непосредственное подчинение президенту. Тогда же к руководству агентства пришел жесткий, опытный и амбициозный управленец Сарыбай Калмурзаев, что было вполне здравым и обоснованным назначением. Булгакбаев при всех его достоинствах все-таки не был политиком-тяжеловесом, а приход Калмурзаева должен был значительно поднять вес АБЭКП. Кроме того, приход Сарыбая Султановича совпал с экспериментом по введению гражданских руководителей в силовые ведомства. Он привел с собой команду, в которой были люди, работавшие с ним ранее в Госкомимуществе и АП, а также вернул часть прежних руководящих работников, попавших при Булгакбаеве в опалу. Но в это же время в финпол вернулся "дух Рахата", ведь "боевые традиции" с элементами рэкета и опричнины в финполе были заложены им, и никакой административной реформой их оттуда не выветрить.

Любить нельзя трогать

- Чем запомнился финпол при Калмурзаеве?

- Знаете, мы ведь все традиционно оцениваем работу силовых структур по громким скандалам, связанным с их работой. Между тем, вне поля зрения постоянно оказываются реальные успехи и достижения МВД, КНБ, финпола в борьбе с преступностью. Но такова уж традиция… В последние годы практически все силовые структуры прославились громкими делами, которые в итоге превращались в пшик. Финпол, мягко говоря, не стал исключением. В обществе сложился стереотип: когда дело касается крупных персон, сажать можно всех. Но когда начинаешь копаться в каком-либо деле, выясняется, что следствие проведено неудовлетворительно, предъявленные обвинения легко можно оспорить. Адвокаты, работающие с прессой, сегодня намного более эффективны, чем вся мощь государственных силовых структур. Практически любое крупное дело последних лет (Искакова, Джакишева, Туржанова, Утембаева, нынешняя эпопея с Доскалиевым) при грамотном направлении общественного мнения можно подвести под лозунг "наших бьют", "он хороший мальчик"….
В свое время финпол пытался наехать на Палымбетова, Каппарова, Какимжанова, но успехов особых не добился. Можно вспомнить и "дело Бралиева", которого финполу не удалось "прижать" по его нарушениям в программе "Болашак" и который в итоге стал одной из "жертв" "дела экологов", причем последнее многие связывали как раз с желанием отыграться за прошлое фиаско.
Почему-то толком ничего не известно о работе силовиков в отношении институтов развития, национальных холдингов (кроме разве что скандалов с "КазАгро"), социально-предпринимательских корпораций.
Ахметжан Есимов, кажется, в прошлом году на одном из совещаний возмущался "сценарными постановками" со стороны сотрудников финансовой полиции: "Этот пример кажется вроде бы мелочью, но если это превращается в систему, то это, конечно, нас тревожит"...
Можно вспомнить громкий скандал, связанный с арестом заместителя начальника ДБЭКП по Алматы Гайнолы Кистаубаева, назначенного на этот пост, несмотря на обильное криминальное прошлое. При обыске у финполовца были изъяты несколько автомобилей типа "Бентли", "Лексус" и т.д. Кистаубаев был приговорен к 10 годам. По тому же делу был привлечен другой заместитель начальника алматинского финпола – Ержан Калкабаев, получивший за халатность 3 года условно.
К слову, в прошлом году я наткнулся на парадоксальную статистику. Из нее следует, что финпол оказался структурой, руководящие сотрудники которой (в основном на региональном уровне) чаще и больше всего оказывались под следствием, судом или объявлялись в розыск. То есть орган, который призван бороться с коррупцией, оказался в числе ее активных участников. Тот же начальник алматинского финпола генерал Курбатов, бывший одним из фигурантов скандала вокруг "Нурбанка" и даже ненадолго арестованный по нему, до сих пор находится неизвестно где.
Одним из показательных было громкое "дело Кулекеева". Человека арестовали по откровенно сфабрикованному обвинению. При этом, понимая, что дело в суде развалится, накопали какие-то мелкие эпизоды, по которым его и осудили. А чем все кончилось? Следователь по этому делу сам оказался вскоре в розыске. А реальных коррупционеров в системе КТЖ даже не тронули.
В то же время после истории с Алиевым силовые ведомства, особенно если они возглавлялись политическими фигурами, старались играть по правилам – избегать прямых столкновений друг с другом, не использовать служебное положение в лобовых атаках против противоборствующих групп, не переводить противостояние в открытую войну. Одно дело – заниматься сбором компромата, другое – возбуждать дела. Если били по крупным фигурам, то эти фигуры не принадлежали "очень" к кому-то и оказывались разменной монетой в борьбе более влиятельных структур.

- Согласны ли вы с распространенным мнением о том, что Калмурзаева "ушли" из-за тех самых громких, но провальных дел?

- Перевод на должность управляющего делами президента далек от понятия "ушли". Известно, что круг обязанностей управделами президента предполагает не только финансово-хозяйственную деятельность, но и стратегически важную близость к главе государства. Тем более что в кресле председателя финпола остался Кайрат Кожамжаров – член команды Калмурзаева и, по данным СМИ, однокашник президента России Медведева по ЛГУ. Креатуры Калмурзаева, по распространенному мнению, занимают руководящие посты в МВД, Генпрокуратуре, Верховном суде, правительстве, Комитете таможенного контроля. Я бы сказал, что Сарыбай Султанович входит в пятерку наиболее влиятельных людей в стране.

- С учетом последних коррупционных скандалов сложилось мнение, что финпол только и работает на заказ и по заказу...

- В принципе, так можно сказать про любую силовую структуру. Взять дело того же Доскалиева. Финпол объявляет о возбуждении уголовного дела, не называя состава преступления. Соответственно пресса успевает поднять шум и поставить очень серьезные вопросы, на которые сразу никто не ответил. К тому времени, когда финпол начинал распространять пресс-релизы, момент был сильно упущен – информационное поле создано не в его пользу. Кстати, можно обратить внимание на недавний скандал с Сериком Баймаганбетовым. Чтобы пойти в прямую атаку на главу МВД, "Время" должно было иметь в наличии документальное подтверждение, которое может предоставить фигура одного уровня с Баймаганбетовым. По логике, в ответ должен был полететь иск, но вместо этого последовало мутное опровержение в "Экспресс К" и возникло "дело Доскалиева". Создалось впечатление, что произошел обмен ударами между АП и силовиками.
По многим крупным делам у силовиков хромает так называемое PR-сопровождение. Но между тем, благодаря финполу остальным силовым органам намного легче выполнять годовой план по борьбе с коррупцией. Точнее, не "благодаря", а "за счет" финпола. При этом АБЭКП дает существенные поступления в бюджет и сажает достаточно много тех, кто этого заслуживает. Со своей основной функцией агентство справляется процентов на 50-60, а это неплохой показатель. Если брать во внимание не только громкие дела, то функцию "санитара леса" финпол выполняет. Его не любят те, кого он "лечит", а берется он зачастую за "пациентов", имеющих возможность организовать информационный фон.

Обмен ходами

– В каком состоянии пребывают межведомственные отношения силовиков, какое место занимает финпол и какую роль играет в этой системе?

– Выяснение отношений на уровне центра означает лобовое столкновение, поэтому центральный аппарат мало задействовался. На региональном уровне, особенно, в Алматы и Астане борьба намного "интереснее". Было громкое дело начальника ДБЭКП по Северо-Казахстанской области Султана Ногаева, который пришел в финпол при Калмурзаеве, руководил несколькими департаментам и был задержан сотрудниками КНБ при получении взятки. Вскоре началась практически шла открытая война между алматинскими департаментами АБЭКП и КНБ: одного финполовца поймали на наркотиках, другого – на слежении за зданием ДКНБ, потом пошли взаимные обвинения в хищениях, рэкете-шмэкете. А потом совместными усилиями ряда силовых структур при информационно-пропагандистской поддержке так называемой "оппозиционной прессы" произошла смена власти в Комитете.
КНБ, МВД, прокуратура, Минобороны, пограничная служба – исторически сложившиеся силовые структуры. Финансовая полиция и Таможенный комитет являются сравнительно новыми в этой среде. Старая "силовая гвардия" явно не считает их ровней. Финпол, находящийся на одном конкурентном поле с МВД и КНБ, является неким инструментом регулировки баланса. Многими делами, кроме финпола, никто не хочет заниматься. Ну, и поскольку финпол находится на передовой, соответственно максимально погружен в рыночные отношения со своими главными подопечными. При сильном руководителе, имеющем медийную поддержку, собственные финансовые ресурсы и определенный политический вес, финпол имеет возможность оказывать давление на всех остальных. Но опыт с Алиевым показал, что объединение полномочий в одних руках реально может закончиться попыткой путча. По большому счету история с недавно арестованным начальником департамента Генпрокуратуры могла бы была привести к массовым отставкам и уголовным делам. Но сейчас совсем неподходящий момент для "гражданских войн", и я думаю, в руководстве страны есть четкое осознание этого. Хотя напряжение и даже нервозность в высших эшелонах власти ощущается все сильнее…
С приближением 2012 года элиты потихоньку выстраиваются в боевые порядки. Возникают коалиции, противостояние усиливается. Причем союзы могут быть неожиданными и противоестественными, наподобие того, что просматривался в синхронности работы аблязовско-алиевских СМИ и некоторых астанинских политико-силовых структур в конце прошлого года. Назначение Нуртая Абыкаева в КНБ говорит о желании президента утихомирить ситуацию.




Новости ЦентрАзии:



Кто есть кто в Казахстане
Д.Ашимбаев
"Кто есть Кто в Казахстане: биографическая энциклопедия"

Издание 12-е, дополненное.
Алматы, 2012 г., 1272 с.

в продаже