Кто есть кто в Казахстане









Рейтинг@Mail.ru

КТО ЕСТЬ КТО В КАЗАХСТАНЕ


Президентские выборы в Казахстане
Данияр Ашимбаев
"Евразийский Дом", 1 декабря 2005

Данияр АШИМБАЕВ, главный редактор Центра коммуникативных технологий (ЦКТ) "Репутация" (Казахстан) ответил на вопросы редакции портала "Евразийский Дом" о предстоящих президентских выборах в Казахстане

- Каков Ваш прогноз относительно результатов выборов в Казахстане? Можно ли ожидать массовых выступлений и митингов после оглашения их итогов?

- Нашим социологическим центром дважды проводились замеры общественного мнения относительно предстоящих выборов. Ситуация выглядит приблизительно следующим образом: ожидается высокая явка – около 80% избирателей. За Нурсултана Назарбаева проголосуют 77-85% населения, за лидера блока «За справедливый Казахстан» Жармахана Туякбая – 5-7%, за лидера партии «Ак жол» Алихана Байменова – 3-5%, за депутата парламента Ерасыла Абылкасымова и лидера экологического союза «Табигат» Мэлса Елеусизова – менее 1%. При этом видны положительная динамика рейтинга действующего президента, и снижение поддержки у всех остальных претендентов на его место.

Надо отметить, что все четыре оппозиционных кандидата провели весьма непрезентабельную, скучную кампанию, критиковали в основном друг друга, не смогли внятно объяснить хотя бы причины, по которым они баллотируются. Определенный эффект оказал и «бурный старт» президентского марафона, когда об участии в выборах заявили почти полтора десятка человек – безработных, пенсионеров и т.д. Откровенно комический эффект от выступлений незарегистрированных кандидатов привел к ситуации, когда «основные» претенденты попросту «затерялись в толпе» и, похоже, так и не смогли оправиться от такой конкуренции.

Но если говорить серьезно, то ход кампании, и ее итоги были очевидны еще задолго до ее официального старта. Экономика страны находится на подъеме, что позволило правительству резко активизировать в последние годы социальную политику. Основные политические достижения действующей власти – политическая стабильность, межнациональное и межконфессиональное согласия слишком высоко ценятся населением, чтобы одобрять сомнительные эксперименты в этой сфере. Не стоит забывать, что за годы независимости выросло целое поколение казахстанцев, для которых Назарбаев – культовая фигура. А сегодня они составляют немалый процент электората.

Что касается той части элиты, которая активно ищет какие-то альтернативные пути развития страны, то, очевидно, что эти выборы – это еще не их время. Потенциал действующей власти слишком велик, причем речь идет и об административных рычагах, и об опоре на широкие слои населения.

Большинство «оппозиционных» кандидатов, как представляется, в той или иной степени являются проектами по «оптимизации» протестного электората.

Еще год назад по нашим исследованиям протестный электорат оценивался в 20-25%, однако на сегодняшний день число «протестников» заметно сократилось. Этому есть два объяснения: неудовлетворенность потенциальных избирателей предложенными оппозиционными кандидатами и массированная агитационная кампания действующего президента.

Мы видим, что мало-мальски серьезной социальной базы для каких-либо политических эксцессов в Казахстане нет. Кстати, по тем же исследованиям менее 3% опрошенных готово к участию в акциях протеста против возможных фальсификаций выборов. При этом большинство из них входят в устойчивый электорат Нурсултана Назарбаева.

Вместе с тем, нельзя не обратить внимание на то, что оппозиционные структуры, проиграв борьбу за избирателя, практически сразу перенесли основную работу на опротестовывание результатов выборов. Явно ведется работа по инструктажу «наблюдателей», проводятся информационные вбросы в казахстанской и международной прессе, периодически появляются сведения о подготовке митингов, шествий и т.д. Однако, эта работа отнюдь не настолько масштабная, чтобы оказать серьезный эффект на признание выборов легитимными. Если оппозиция не будет проводить хотя бы подобие такой деятельности, то она скоро останется без зарубежных спонсоров, которые используют этот инструментарий для оказания давления на Астану в политических и экономических вопросах.

Повторюсь, оппозиция готова к митингам, локальным акциям протеста, заявлениям в международные организации, но ожидать массовых беспорядков не стоит.

- Как скажутся результаты выборов на политических перспективах оппозиции, возможны ли консолидация оппозиции или произойдет ее дальнейшее дробление?

- Прежде всего, надо отметить, что население в целом лояльно относится к существованию оппозиции как института гражданского общества. Более того, немалая часть населения поддерживает необходимость политической и экономической альтернативы нынешней власти. Проблема для сегодняшней оппозиции заключается в том, что даже традиционно протестный электорат не видит в нынешних вождях демократов какой-либо серьезной альтернативы.

Вся история оппозиционных структур в постсоветском Казахстане представляет собой череду расколов, скандалов, поражений на выборах и т.д. Только за последний год раскололись вследствие внутрипартийных конфликтов практически все структуры оппозиции – Компартия, партия «ДВК», партия «Ак жол»… Разве не является характерным примером то, что при наличии дюжины раскрученных политиков, единым кандидатом на выборах стал, только что ушедший из власти экс-генпрокурор и экс-спикер нижней палаты парламента Жармахан Туякбай, которому уже по ходу кампании пришлось осваивать необходимую риторику, вырабатывать хотя бы минимальную харизму? Таким образом, объединить оппозицию вокруг своего собственного кандидата представлялось просто невозможным.

Поражение на нынешних выборах станет окончательным крахом радикальной оппозиции. Поиском новой альтернативы Назарбаеву будут заниматься уже другие люди.

- Как отразится ожидаемый успех Назарбаева на существующем политическом режиме: возможны ли изменения в системе власти?

- Думаю, что особо крупных кадровых изменений ожидать не следует. Будет продолжена административная реформа с целью повышения эффективности работы государственного аппарата. По поводу отношений с крупным бизнесом, надо отметить, что реально крупный бизнес находится под контролем государства и/или «олигархов», встроенный в персонифицированную президентскую систему управления. Поэтому президенту нет смысла устраивать «равноудаление олигархов» со сменой собственников, громкими процессами и т.д. Всех, кого надо, и так давным-давно равноудалили, а остальные сделали соответствующие выводы.

На самом деле, задачей президента в этой области является выстраивание новой системы сдержек и противовесов между политическими, деловыми и региональными элитами с целью создания эффективного системного контроля над ними.

- Насколько активно будет идти борьба в окружении президента за его наследство, кто может претендовать на статус преемника?

- «Борьба за наследство» Нурсултана Назарбаева может идти сколько угодно. К реальности она никакого отношения не имеет. Президент, если и будет принимать решение о выборе преемника, то будет делать это после перестройки системы управления, облегчающей и его личный контроль над ним, и более легкое вхождение своего избранника в эту роль, и – главное – позиционирование его в качестве единственного и безальтернативного наследника. А такая перспектива, на мой взгляд, весьма отдаленная. Называть фамилии, конечно, можно и сегодня. Но какой в этом смысл?

Основные политические игроки давно уже поняли, что ранний старт кампании по смене власти ни к чему хорошему не приводит. Были прецеденты и в Казахстане (ситуация 2001 года), и в России. Можно вспомнить, как часто Ельцин «назначал» себе того или иного наследника, и где эти наследники сейчас? Путин стал официальным преемником всего за четыре месяца до реального перехода власти. Если бы Ельцин выбрал его раньше, то конкуренты постарались бы утопить его репутацию в черном PR и продвинуть на это место другого или других.

Гейдару Алиеву было принимать такое решение гораздо легче – у него был готовый (и фактически единственный) наследник, которого он готовил к президентству почти весь период своего правления.

По этим причинам, никакой реальной борьбы за право стать вторым президентом Казахстана ожидать не следует. В основном будут упражняться в креативе политологи, пиарщики и журналисты, которым надо себя как-то задействовать в межвыборный период.

- Каковы возможные изменения во внешней политике Казахстана (треугольник США, Россия, Китай)?

- Казахстан проводит настолько многовекторную политику, что выявить какие-то возможные изменения маловероятно. Будет продолжена работа по встраиванию страны в региональные экономические и военно-политические блоки, но никак не в ущерб двусторонним отношениям со сверхдержавами.

Более интересны процессы, связанные с «привязкой» крупного российского и китайского нефтебизнеса к казахстанским месторождениям, где уже активно работают США. Последние сделки в этой отрасли позволяют сделать предположение, что Казахстан страхуется от чрезмерной привязки к одному сильному инвестору, и посредством диверсификации создает еще одну систему взаимных противовесов.




Новости ЦентрАзии:



Кто есть кто в Казахстане
Д.Ашимбаев
"Кто есть Кто в Казахстане: биографическая энциклопедия"

Издание 12-е, дополненное.
Алматы, 2012 г., 1272 с.

в продаже